Систематическое положение рыси

Как уже указывалось выше (см. «Систематическое положение» каракала), рысь принадлежит к той боковой линии в p. Felis (подрод Lynx), которая начинается каракалом и отклоняется от главной линии «амурский кот — манул» на уровне, по структуре черепа соответствующем камышовому коту.

В пределах своей линии (подрода) рысь следует считать следующим за каракалом этапом прогрессивного развития. На это указывает особенно резко выраженная «квадратная» фигура зверя, по-видимому, более резкая, чем у каракала, более короткий хвост и структура черепа. В своем подроде она представляет собой дальнейший шаг в том же самом направлении (параллельно), в котором идет развитие совершенного кошачьего типа на главной линии «амурский кот — манул». Однако его структура еще далека от. высшего уровня, достигнутого там (манул и подход, Otocolobus). Если каракал по строению черепа аналогичен камышовому коту, то рысь соответствует степной кошке (тип libyca).

Соотношение признаков у каракала и рыси не рисует картину простого развития. Так, прогрессивная одноцветная окраска, представляющая собой правило для каракала, проявляется у рыси с меньшей полнотой и наравне с резкопятнистой в сложных соотношениях индивидуальной и географической изменчивости. Потеря же второго предкоренного, уже практически полная, хорошо развитые баки, отсутствующие у каракала, — признаки высших форм линии «амурский кот — манул».

Резко выраженная

В прошлом было широко распространено разделение рысей Старого Света на 2 вида — северную F. (L.) lynx и южную, или парделевую, рысь, F. (L.) pardina, занимающую горные леса юга Европы, Малой Азии и Кавказа. Первые считались крупными и одноцветными или слабопятнистыми, вторые более мелкими, яркими и с резкой пятнистостью. Это представление оставлено, хотя и в наши дни рысей Пиренейского полуострова, Балкан и даже Карпат иногда, относят к «виду» pardina (Бринк, 1958, 1967). Для части этих территорий (Пиренейский п-ов, Карпаты, возможно, Балканы) речь может идти только о подвидовых формах с указанными особенностями. Аналогии с положением в Америке, где имеется один более северный вид, F. (L.) lynx, и один более южный, F. (L.) rufa, в Европе нет.

Канадская рысь, F. (L.) canadensis Kerr, отличается от евразиатской довольно значительно и обычно рассматривалась в качестве самостоятельного вида. Однако чисто морфологические (краниологические) признаки для этого недостаточны. Не исключено, что здесь имеет место промежуточный случай «вид — подвид», но сейчас, очевидно, правильнее видеть здесь лишь подвидовой уровень различий (Куртен и Рауш, 1959).

Если оценивать положение американских рысей (canadensis и rufa) в линии (подрода) по принятой здесь схеме, то по краниологическим признакам (при одинаковом уровне других) эти формы сравнительно с рысью Евразии, по-видимому, следует рассматривать как более продвинутые (прогрессивные). Следующим этапом за ней будет F. (L.) I. canadensis, а завершающим F. (L.) rufa. Они и более молоды в историческом смысле (см. ниже). Высший уровень специализации в структуре черепа в линии Lynx намного не достигает уровня ее в линии Felis s. str. — Otocolobus.

Линия рысей, как принято считать (Тениус, Гофер, 1960), обозначилась среди кошек довольно давно — к ней иногда относят верхнеплиоценовую F. brevirostris. Линия к современной F. lynx идет от раннеплейстоценовой (Виллафранка) F. issidoriensis через F. teilhardl. Остатки современного вида известны с верхнего плейстоцена. Все эти формы евразиатские.

Нёарктических (американских) рысей следует считать иммигрантами из Старого Света. Красная рысь (F. rufa), вероятно, представляет собой потомка более ранней волны переселенцев (миндель, рисе), обыкновенная рысь, видимо, мигрировала несколько позже (рисе, вюрм; Куртен; Рауш, 1959). Достаточно длительный период самостоятельного существования американских и евразиатских рысей и привел к отмеченным систематическим отношениям обеих форм. (В. Г.).